Лидеры вступают в бой
Походы в Турцию
Накануне
Война
Набег на Констанцу
Военные комиссары
Владимирский Лев Анатольевич
Андреус Константин Юрьевич
Работать с каждым бойцом
Список литературы
Карта сайта

-- РЕКЛАМА --

Кто выпустил торпеды?

уверенность в надежности параван-тралов. Но финские минные заграждения состояли из мин, изготовленных еще в первую мировую войну и не имевших минных защитников. Поэтому советские корабли, неоднократно попадавшие на минные поля, были надежно защищены параванами и не было ни одного случая подрыва на мине.

По неподтвержденным данным существует информация о том, что накануне Великой Отечественной войны румыны устанавливали в дополнении к старым и новые немецкие гальваноударные мины, в которых вместо минрепа применялась гофрированная трубка длиной 27,3 метра, не перерезавшаяся резаком трала. При затраливании мины трубка замыкала контакт, и происходил взрыв, уничтожавший трал или параван. Когда же использовались мины с тросовыми минрепами, к последним крепились смычки стальных цепей. В момент затраливания параванами цепи заклинивали резак трала и превращала его в «улавливатель мин». Смертоносный снаряд подтаскивался параваном к борту корабля, судьба которого теперь зависела от экипажа. Если мину успевали заметить, то параван обрезался и ставился новый. Если же ее не видели, или дело происходило ночью, то мина подтягивалась к кораблю и взрывалась в районе полубака. По иронии судьбы еще в 1940 году в Германии были приобретены образцы новых немецких мин и минных защитников, но после изучения в Научно-исследовательском минно-торпедном институте информация так и осталась секретной и на флот не попала.

На картах минной обстановки, выданных командирам кораблей, были схематически нанесены только контур вероятного минного поля и подозрительная зона, находившаяся примерно в 75-80 милях восточнее Констанцы. Как было установлено впоследствии при изучении захваченных румынских документов - контур вероятного минного поля почти совпал с фактическим расположением четырех минных полей противника. В подозрительной же зоне мин не оказалось.

Кроме того при планировании удара учитывалась возможность противодействия вражеской артиллерии. Авиацию противника предполагалось нейтрализовать путем предварительных ударов наших бомбардировщиков по вражеским аэродромам. При возвращении в базу наши корабли должны были прикрываться в стомильной зоне от Главной базы ЧФ истребительной авиацией флота. В случае встречи с кораблями противника, ударная группа должна была отходить на группу корабельной поддержки, развернутую в 50 милях восточнее Констанцы, которой надлежало уничтожить врага.

Выступая в 1969 году на военно-научной конференции «Боевые действия эскадры и подводных лодок Черноморского флота в Великой Отечественной войне», контр-адмирал И. М. Нестеров, командовавший до войны подводной лодкой «Д-6», сказал, что «подводные лодки ЧФ, находясь на позиции у Констанцы, точно зафиксировали постановку минных заграждений еще до начала войны минным заградителем «Адмирал Муржеску».

Под заголовком «Одной тайной стало меньше ?» в газете «Флаг Родины» за 22 февраля 1995 года опубликованы два материала, в которых авторы пытаются с разрешения Его Величества Времени осторожно прикоснуться к тайне гибели линкора «Москва» и подводной лодки «Щ-206», оказавшихся по приказу командования в первые дни войны примерно в одном районе у берегов Румынии и не вернувшихся из своих первых боевых походов.

Полковник в отставке Василий Стихин в статье «За четыре месяца до войны» рассказывает, как ему, в то время лейтенанту, и старшему лейтенанту С. Зайцеву, проходящем службу в разведотделе Черноморского флота в середине февраля 1941 года пришлось выяснять местонахождение немецкой крупнокалиберной батареи на мехтяге и зенитных батарей ПВО в районе Констанцы. Разведчики с поставленной задачей справились, обнаружив румынскую береговую батарею, несколько точек немецких счетверенных зенитных установок и немецкую 280-мм батарею. Беседуя с ветераном через 60 лет мы не могли усомниться в его воспоминаниях. Они совпадали с данными книги «ВМС Румынии во второй мировой войне», до сих пор на русском языке не изданной.

Василий Стихин приводит перехваченную и дешифрованную радиограмму командующего румынским флотом в Генеральный штаб в Бухарест от 27 июня. В ней говорилось о потоплении 26 июня под Констанцей немецкой артиллерийской батареей советского эсминца «Москва». А плавающий в воде личный состав корабля был расстрелян из пушек и пулеметов и никакой помощи по его спасению оказано не было.

Автор задается вопросом, ответа на который нет и до сих пор: «Были ли учтены при планировании этой операции данные нашей разведки о наличии под Констанцей мощной артиллерийской батареи противника? Или тут сработал скепсис в оценке данных разведки и переоценке своих возможностей? Кто знает, если бы эти данные были должным образом восприняты и учтены – не было бы, возможно, столь тяжелой потери уже в первые дни войны».

В книге «Походы боевые» 1 конкретно указывается, что «Командир ударной группы кораблей данных о береговых батареях в районе Констанцы не получал, так как штаб флота их тоже не имел». Что это – несогласованность действий оперативного и разведывательного отделов штаба флотов или недоверие разведке? Трудно сейчас говорить об этом, а также предполагать, как сложилась бы та операция, если бы была учтена информация.

Дмитрий Стогний2, опираясь, на архивные материалы излагает версию гибели лидера «Москва» несколько по-своему.

__________________________________________________________________

1 Г.Ф. Годлевский и др. «Походы боевые» стр. 14-18.

2 Д. Стогний «… и на четвертый день» «Флаг Родины» 22.02.95.




Выберите страницу
1 2 3 [4] 5 6 7 8 9 10 11

     
  © www.lider-moskva.ru 2010-2019